Добро пожаловать на сайт "КОЛЛЕКЦИЯ ERROR"! Здесь изучают и систематизируют "брак" и "ошибки" во многих областях коллекционирования.
Сайт, где брак на бонах и монетах приветствуется и систематизируется
Каталог статей
Меню сайта

Категории раздела
ERROR бонистика [15]
Материалы по эррористике Боны с браком и ошибками. ERROR бонистика
Фальшивомонетничество [51]
Статьи о истории фальшивомонетничества, о великих фальшивомонетчиках и т.п
Знаменитые фальшивомонетчики [19]
Биографические очерки о знаменитых фальшивомонетчиках.
Занимательная бонистика [80]
Статьи по бонстике.
Курьезная бонистика [15]
Смешно и курьезно о бонистике и вокруг неё.
Нумизматика [38]
Статьи по нумизматике.
ERROR нумизматика [16]
Материалы по эррористике. Монеты с браком. ERROR нумизматика.

Форма входа

Site Translator

Печать страницы

Поиск

Тэги сайта

Мы вКонтакте

Посетители

Статистика
Яндекс цитирования Клуб Нумизмат | TOP 100
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Приветствую Вас, Гость · RSS 23.07.2019, 10:09

Главная » Статьи » Фальшивомонетничество

Наполеон и его экономическая диверсия против России
  

          Впервые в России проект выпуска бумажных денег рассматривался в 1744 году и был отвергнут сенатом на том основании, что бумажные деньги хуже медных, поскольку «никакой внутренней доброты не содержат». Первые русские бумажные деньги-ассигнации появились только в 1769 году в период правления императрицы Екатерины II. Высочайшим манифестом от 29 декабря 1768 года в Санкт-Петербурге и Москве были учреждены два ассигнационных банка «для вымена государственных ассигнаций». Согласно тому же манифесту, всем российским подданным предписывалось осуществлять платежи и казенные сборы «в числе каждых 500 рублей государственную ассигнацию в 25 рублей».

Широкое внедрение изобретенных в XVIII веке роллов-аппаратов, размалывающих сырье для производства бумаги, позволило осуществить механизацию выработки бумаги. Это помогло начать массовый выпуск ассигнаций в обращение. Бумагу для них вырабатывала Красносельская мануфактура под наблюдением командированных из Петербурга экзекуторов. Изображение печаталось в Сенатской типографии. Ассигнации 1769 года имели номиналы 25, 50, 76 и 100 рублей. Для защиты денежных билетов от подделки ассигнации печатались на бумаге с водяным знаком и имели рельефные изображения, выполненные тиснением. Население, привыкшее к металлической монете, встретило новые деньги с недоверием. Простота изготовления первых ассигнаций побудила «народных умельцев» к попыткам их подделки.

...Осенью 1770 года в петербургской пристани пришвартовался большой четырехмачтовый голландский барк. На удивление, трап был подан быстро и измученные тяжелым путешествием пассажиры начали сходить на берег. Шел сильный дождь, наступали сумерки. Одним из последних вступил на трап кучер графа П. Чернышева. Огромного роста мужчина шел, сильно пошатываясь от принятого на грудь шкалика. В середине трапа он оступился, упал за борт и исчез в водной пучине.

Его молодая жена-француженка через неделю после похорон появилась в Москве. Вскоре, в 1771 году, сочеталась законным браком с неким Пьером Туайли. Через год тот вознесся на небеса, но опытная девица не долго убивалась. Офицер Шампаньоло - француз на русской службе - не остался равнодушным к судьбе милой соотечественницы. Не дожидаясь окончания траура, он повел невесту под венец. Через некоторое время Шампоньоло запросил отставку и вместе с супругой переехал в Петербург, где начал держать меблированные квартиры.

Так заканчивается официальная биография супругов Шампаньоло и начинается тайная. Два раза выезжала госпожа Шампаньоло в Голландию «на отдых». Правда, после ее оздоровительных поездок петербургская полиция получила секретное сообщение от «доброжелателя России». В нем некто уведомлял, что госпожа Шампаньоло, будучи в Гааге, совсем не отдыхала. Она налаживала связь с бандой международных фальшивомонетчиков. Занималась согласованием вопросов, связанных с изготовлением русских фальшивых ассигнаций.

Полиция установила за квартирой Шампаньоло негласный надзор. С прислугой и всем обслуживающим персоналом побеседовали «по душам». Такая работа дала свои результаты. Установили, что в ближайшее время из Голландии в адрес семьи Шампаньоло должна прийти ценная посылка. Что будет в ней, никто толком не ведал.

В это же время в министерство иностранных дел доставили из Гааги срочную депешу от посла России князя Д. А. Голицына. В ней он сообщал, что по имеющимся у него агентурным сведениям в Голландии налажено производство фальшивых русских банкнот. Далее Д. А. Голицын писал, что это не политическая диверсия со стороны голландского правительства, а результат деятельности банды международных фальшивомонетчиков - dopinfo.ru. Вот с ними-то и установила тесный контакт госпожа Шампоньоло во время своей первой поездки. Посол сообщал, что ему удалось организовать тайную встречу с гравером, который изготовлял клише для печатания русских денег. Посол упомянул о том, что гравер развязал язык лишь после того, как получил от него изрядную сумму настоящих денег.

...Когда 13 октября 1776 года к причалу петербургского порта подошел белоснежный парусник из Гааги, на пристани его нетерпеливо ожидали представители властей. Среди документов на различный груз, размещенный в трюмах судна, были и четыре извещения о посылках на имя госпожи Шампаньоло. В сопроводительных документах указывалось, что посылки из Гааги содержат кружева. После быстрого совещания представители петербургских властей приняли решение вскрыть при свидетелях эти четыре посылки. Как и ожидали, в них оказались не модные кружева, а аккуратно перевязанные пачки фальшивых русских ассигнаций на общую сумму более 12 млн. рублей. По тому времени сумма огромнейшая. Деньги изъяли, составили акт, который подписали сначала свидетели. Во вскрытые посылки вместо денег положили старую бумагу. Все аккуратно вновь зашили. Правда, зачем это сделали, непонятно: в результате исчезла главная улика против госпожи Шампоньоло.

Но фальшивомонетчик и так предстала перед генерал-прокурором А. А. Вяземским. Тот самым тщательным образом допросил ее. Его беспокоило, не замешано ли в таком грязном деле правительство Голландии или какого-нибудь иного государства. Госпожа Шамноньоло в категорической форме отрицала предположения подобного рода. Опытный генерал-прокурор не случайно напирал на возможное участие в изготовлении фальшивых денег правительств иноземных держав. Примеров такого промысла имелось предостаточно. Худшие опасения генерал-пропурора, к счастью, не оправдались. Госпожу Шампоньоло, ее мать и брата решили выслать за пределы России. На том же корабле, который привез почту» они покинули страну.

Генерал-прокурор А. А. Вяземский убедился еще и в том, что страны Европы не знают, что в России изготовляют так называемые «голландские червонцы» - золотые монеты, в точности копирующие голландские дукаты. Они не отличались от оригинала ни в пробе, ни в весе. Их чеканили для заграничных платежей. В первую очередь это были закупки провианта Архипелагической экспедиции, покрывшей себя неувядаемой славой, разгромив турецкий флот в знаменитой Чесменской битве.

Часть изготовленных в Петербурге «голландских червонцев» затонула в Чесменской битве, часть ушла на оплату провианта в средиземноморских портах. Этими монетами, скорее всего, были оплачены щекотливые мероприятия, когда заманивали на борт русского корабля известную авантюристку Елизавету Тараканову, которая выдавала себя за дочь императрицы Елизаветы Петровны и претендовала на русский престол.

«Голландские червонцы» обращались внутри России. Последнее не вызывало удивления, поскольку золотые монеты-подделки не очень отличались от их голландского образда. При императоре Павле I «дукаты» уже не чеканились, но их внешний вид остался на новых монетах, которые начали при нем чеканить. Например, была взята квадратная рамка «голландского червонца», но подпись внутри рамки, конечно, была другая. Ее заменили на религиозную формулу: «Не нам, не нам, а имени твоему».

При Александре I «голландские червонцы» начали чеканить снова. Руководство страны понимало, что затея подобного характера не слишком корректна по отношению к дружественному государству. Поэтому во всех официальных документах «голландские червонцы» стыдливо именовали «известная монета». Она чеканилась до 1868 года.

Однако возвратимся к последствиям авантюры Шампоньоло и других фальшивомонетчиков.

Ассигнации 75-рублевого достоинства были изъяты из обращения, так как они переделывались весьма искусно из 25-рублевых. Как говорилось в Указе Екатерины II: «Известно нам стало, что в Санкт-Петербургский банк для вымена государственных ассигнаций вступило несколько подложных ассигнаций, т. е. 25-рублевых, переписанных в 75-рублевые таким образом, что цифирь вторый, и в строках написанное слово «25» выскоблены и вместо того вписаны цифирь седьмый, и в строках словами семьдесят, но оная при этом так осторожно учинена, что при первом взгляде и не будучи о том преуведомлену, трудно таковую подложность распознать».

Подделать ассигнации не составляло особого труда. Печатались они на белой бумаге, имевшей водяные знаки и составлявшие в целом рамку, расположенную рядом с узорчатой рамкой, отпечатанной, как и текст ассигнации, черной краской. Эта рамка заключала в себе надписи: вверху - «Любовь к отечеству», внизу - «Действует к пользе оного», слева и справа - «государственная казна». По углам рамки расположены под коронами гербы четырех царств: Астраханского, Московского, Казанского и Сибирского.

Вверху, перед печатным текстом, вытеснены без краски два овала с изображением эмблем. Внизу левого овала расположены военные атрибуты и эмблемы торговли и промышленности (тюк, бочка, кадуцей Меркурия), за ними вдали виднеется корабль. Весь центр овала занимает двуглавый орёл с полураспростертыми крыльями; на шее у него цепь ордена Андрея Первозванного, в центре которой помещен на груди геральдический щит с изображением Георгия Победоносца. Вверху левого овала полукругом надпись «Покоит и обороняет». В центре правого овала изображена неприступная скала, внизу - бушующее море и головы чудовищ, сверху полукругом надпись «Невредима». На каждой ассигнации имелись четыре собственноручные подписи: двух сенаторов, главного директора правления банков (Санкт-Петербургского и Московского) и директора местного банка.


Простота изготовления этих ассигнаций беспокоила правительство, поэтому их вывоз за рубеж и ввоз обратно был категорически запрещен.

В России появление поддельных ассигнаций являлось обычной прозаиком. Сенат непрестанно требовал от всех властей, чтобы они употребляли «всемерное старание к открытию сочинителей фальшивых ассигнаций», а также установили «бдительный присмотр за теми, у кого окажутся такие деньги». Все расследования по вопросу фальшивых денег рекомендовалось проводить «без всяких разглашений, дабы не давать явного повода «к подрыву кредита» к настоящим ассигнациям.

Увеличивающееся число подделок заставило правительство изменить внешний вид ассигнаций и выпустить новые. Указом 16 марта 1786 года начался обмен старых ассигнаций на новые. Они выпускались 100-, 50- и 25-рублевого достоинства. В отличие от старых, на новых имелись не четыре, а три подписи: советника правления банков, банковского директора и кассира. Некоторые специалисты отмечают тот факт, что готовые ассигнации подписывали от руки не советники и директора, а молодые чиновники, подписи которых были особенно заковыристые. Их «работа» состояла только в том, чтобы подписывать ассигнации. Старые ассигнации, выменянные на новые, сжигались на площади перед сенатом публично.

В этот период фальшивомонетничество в России наказывалось смертной казнью. В редких случаях она заменялась вечной каторгой. Например, в 1794 году отставной капитан Фрайденберг и бывший в иностранной службе подпоручик барон Гулепрехт за изготовление фальшивых ассигнаций приговорены к лишению чинов и дворянского достоинства, потом публично на обеих руках каждого раскаленным железом было поставлено клеймо из первых букв слов «вор и сочинитель фальшивых ассигнаций». После чего оба были сосланы «навечно» на каторжные работы в Нерчинск.


История свидетельствует, что одним из наиболее видных «заказчиков» фальшивых ассигнаций того времени был Наполеон Бонапарт.

Заваливая враждебные страны фальшивыми купюрами, он старался нарушить их денежное обращение и ослабить экономику. В 1806-1807 годах император руководил подделкой прусской разменной монеты и австрийских ценных бумаг в 1810 году - английских банковских билетов. Когда императорский взор обратился в сторону России, то он сразу же озаботился финансами этой страны.

Наполеон начал готовить экономическую диверсию против России в начале 1810 года. Уже тогда для этой ответственной работы был приглашен гравер главного военного управления Франции Лаль. Тщательно засекреченная операция проводилась под руководством брата личного императорского секретаря Фэна. Вся работа была разбита на части. Второстепенные исполнители не знали о цели операции. Словолитчик получал от художника гравированные буквы, цифры и виньетки и составлял доску. Затем к делу приступал типограф, занимавшийся тиснением. Типография располагалась на пустыре в невзрачном домике, в стороне от бульвара Монпаркас. В ней была и особая комната, в которой никогда не мыли пол. В эту секретную комнату сбрасывали новые ассигнации и кожаной метелкой вываливали их в пыли. Таким хитроумным способом купюрам придавали пепельный оттенок, «поношенный вид».

Поддельные ассигнации чаще всего печатались достоинством в 25 рублей, реже - в 50, но долго в обороте они не находились, поскольку в них обнаружили грубые опечатки. Вместо слов «государственная ассигнация» было отпечатано «госуларственная ассигнация». В ряде экземпляров встречалось слово «холячею» вместо «ходячею». Но фальшивки с подобными опечатками были не все. Объединяло фальшивки от подлинных одно. На подлинных подписи были сделаны чернилами, а на поддельных факсимильные. Подписи на подлинных расплывались при контакте с водой. то же своего рода примитивная и невольная, но защита от подделок.


Наполеоновская поддельная банкнота 25-рублевого номинала.
На ней видна ошибка французских мастеров. Вместо «ходячею монетою» у них получилось; «холячею монетою».

Больше всего французских фальшивомонетчиков подвели подписи русских чиновников. На настоящих русских рублях подпись подлинная, сделанная пером и тушью. С течением времени она немного выцветает, приобретает коричневый оттенок. На «французских рублях» подписи чиновников выгравированы на меди и печатаются черной типографской краской, как и все изображение ассигнации. Вот почему они не выцветают и выполнены очень четко. Кстати, фальшивых «французских рублей» и сохранилось больше всего. «Французские рубли» отличались и более четкой филигранью (водяными знаками).

Наполеон держал под личным контролем производство и распространение подделок. 23 июня 1812 года наполеоновские войска переправились через реку Неман. Начался русский поход властолюбивого корсиканца.

Оборудование типографии из Франции перевезли в Варшаву, где вскоре было запущено новое производство. После падения Москвы его филиал был создан в полуразрушенном здании на Преображенском кладбище, которое в то время находилось за чертой города - dopinfo.ru. Возможно, существовал и еще филиал непосредственно в Москве. Некий Mapтен, офицер русской армии, участник отражения французской агрессии, писал в своем дневнике: «Когда мы ехали по улицам второй столицы России, в одном из полусгоревших домов мы нашли хорошо оснащенную фабрику фальшивых денег со всем необходимым: машины, инструменты, а также массу готовых ассигнаций. Они были сделаны настолько искусно, что отличить от настоящих их было просто невозможно».


Подписи одного и того же чиновника на подлинных (1) и фальшивых (2, 3, 4) 25- рублевых ассигнациях.

Наполеон собирался содержать свою армию за счет противника. Он хотел использовать фальшивые ассигнации для покупки у местного населения продуктов и фуража, а также платить жалованье своим солдатам. Грандиозным планам Бонапарта не суждено было сбыться. Французские солдаты предпочитали не покупать у крестьян продукты, а грабить их.

Кроме того, оккупированное население не слишком торопилось продавать захватчикам свои припасы. В основном, французские деньги самим французам и доставались. Император выплачивал ими жалованье из расчета в четверть номинальной стоимости. Везти фальшивые ассигнации в войска Наполеон приказывал по дорогам, где наиболее часто замечались партизанские отряды и казачьи разъезды. Он надеялся, что противник будет нападать на военные инкассаторские обозы, грабить их и таким способом фальшивки будет распространять сам противник.

В романе «Война и мир» Л. Н. Толстой писал о том, как Наполеон задумал поразить завоеванное население своим истинным благородством и раздать погоревшим москвичам пособия. «Но так как съестные припасы были слишком дороги для того, чтобы давать их людям чужой земли, и по большей части враждебно расположенным, Наполеон счел лучшим дать им денег, чтобы они добывали продовольствие на стороне; и он приказал оделять их бумажными рублями».

Щедрая благотворительность Наполеона оказалась неоцененной. По словам Л. Н. Толстого, «Фальшивые ассигнации и не фальшивые наполняли Москву и не имели цены». Обесценились и медные деньги. Существуют байки от очевидцев, что даже медные монеты россыпью лежали на Красной площади.

Приезжие крестьяне брали столько, сколько могли увезти. Ассигнации же просто летали по воздуху. Верится с трудом ))))

"Французское правительство имело особенных людей, которые бы невзначай, разбрасывали эти ассигнации вместе с другими вещами в чемоданах, отдавали нарочно в добычу казакам такого рода поклажи. Под Красным, говорят, был отбит целый огромный запас этих произведений западной изобретательности, а один почтенный московский житель, по болезни оставшийся в Москве в сентябре и октябре 1812 г., передавал нам, что французы выменивали звонкую нашу монету на свои фальшивые бумажки, платя по тогдашней синенькой (ассигнации достоинством в 5 руб. - АЛ.) за серебряный рубль и что у Каменного моста были для этого устроены нарочно меняльные лавки."

- Французский купец Шевалье де-Изарн, живший и торговавший в Москве до 1840 г., рассказывал: "...Бонопарте, запертый в Кремле, выписал себе труппу итальянских певцов, чтобы они пели перед ним, и платил им за это фальшивыми ассигнациями. Кажется, в Польше их была заготовлена большая партия, которую старались пустить в обращение всяким способом, но при первом своем появлении эти деньги были оценены по их стоимости: никто их не принимал, и их разошлось очень мало."

Начиная отступление из России, Наполеон отдал приказ сжечь оставшиеся деньги, чтобы русские не обнаружили их запасы. Имеются сведения, что в Москве было сожжено 28 ящиков фальшивых денег. Своя репутация теперь волновала французского императора больше, нежели подрыв русской экономики.


Наполеон. По его приказу изготавливались фальшивые русские рубли.

Маркиз Коленкор, главный придворный конюшенный Наполеона, в своих воспоминаниях рассказал о том, как возвращающийся в Париж император с отчаянием воспринял известие о сдаче Вильно, его последнего бастиона в России. «С неописуемым нетерпением он ожидал приезда и доклада герцога Бассано (Г.-Б. Марэ, наполеоновский министр иностранных дел). В первую очередь он хотел знать, удалось ли уничтожить фальшивые русские банкноты, хранившиеся в Вильно. «От наших людей можно ожидать, что они вполне могут забыть об этом, - говорит мне император. - Они могут и перепоручить это дело кому-нибудь, кто в поисках наживы может пустить их в оборот. Было бы неприятно, если в руки русским что-нибудь попадет».

Он добавил, что от некоторых частных лиц знает, что после его проезда через Вильно эти банкноты были поделены, и это его беспокоило. После отступления наполеоновских войск изготовление фальшивых денег не прекратилось. Оно продолжалось в герцогстве Варшавском. В Варшаве было выпущено на 20 млрд. рублей фальшивых банкнот, а в Бродах - на полмиллиона.

В деле о фальшивых ассигнациях описывается случай, когда "во время ретирады французской армии чрез Мариампольский повет, приходский ксендз селения Высокой Руды Яцентий Юцевич (...) купил у трех или четырех французских солдат пук ассигнаций сторублевых на тридцать одну или тридцать две тысячи руб., заплатя на оныя ассигнации шесть тысяч Прусских талеров". Деньги эти раздавались в долг различным лицам под проценты. Правда, из-за недостатка познаний никто не мог различить фальшивые они или нет. Но показателен сам факт: французские солдаты и польский священнослужитель проворачивали дельце на награбленных в России ассигнациях.

Одним из предполагаемых центров рассылки фальшивых ассигнаций был австрийский город Броды. Из него они вывозились в Одессу, но "более всего в главную квартиру Российской армии". Герцог де Ришелье сообщал из Одессы в 1814 г. о нескольких случаях пересылки по почте на имя местных торговцев денежных переводов, в числе которых были и фальшивые ассигнации. В Одессу они поступали из Могилева, Бердичева, Радзивилова.

В рапорте генерал-губернатора герцогства Варшавского B.C. Ланского на имя императора Александра I 30 ноября 1815 г. сообщалось, что "выпуск в здешнем крае фальшивых ассигнаций было делом Французского здешнего национального правительства; что князь де-Бессано вручил таковых фальшивых ассигнаций министру финансов бывшего герцогства Варшавского Матушевичу на 2 млн руб., и посредством секретаря своего Баптиста Ламберта продал Варшавскому веке л яру Розену на 110 тыс. руб.".

Все эти сведения, содержащиеся в бумагах архива вице-президента Верховного Совета Н.Н. Новосильцова, воссоздают довольно пеструю картину из фактов достоверных и "преданий" о распространении фальшивых ассигнаций французского производства во время нашествия Наполеона. В них перечисляются города, в которых обнаруживались или откуда пересылались фальшивые ассигнации. Однако местонахождения "фабрики", где они изготавливались (если не считать упоминания о Преображенском кладбище в Москве), установить тогда так и не удалось. Этот существенный пробел восполнен был публикациями во Франции.

При ознакомлении с этими источниками (они упоминались в российских изданиях) первое и самое важное заключение не только о самой рассматриваемой проблеме, но и об истории взаимоотношений между Францией и Россией можно сделать по поводу времени описываемых событий. Оказывается, что массовое изготовление фальшивых российских ассигнаций во Франции началось задолго до похода Наполеона в Россию.

Большинство подделок было обнаружено сразу и возвращено в казначейство. Российское правительство запретило пересылку по почте и ввоз в Россию ассигнаций из-за границы. Таким образом, фальшивки французской работы оказались обесцененными в Польше и Пруссии, хотя они и подрывали доверие к России на европейском рынке.

Значительно хуже обстояли дела в самой России. Простые люди не могли отличить фальшивые деньги от подлинных. На всякий случай они отказывались пользоваться бумажными купюрами вообще.

В 1813 году губернаторы разослали секретное предписание «О признаках фальшивых ассигнаций» с запрещением оплаты. Самой действенной мерой по сохранению доверия к русским деньгам явилось изменение их внешнего вида. В 1819 - 1821 годах был произведен обмен ассигнаций. При обмене мелкие суммы фальшивых денег компенсировались владельцам. Если владельцы крупных сумм пытались скрыть их, то их обвиняли в содействии врагу и сбыте фальшивых денег и ссылали на каторжные работы.


Несколько любопытных цитат, описывающих изготовление и использование фальшивых русских ассигнаций.

 Иванъ Тутолминъ. Подробное донесеніе Ея Императорскому Величеству, Государынѣ Императрицѣ Маріи Ѳеодоровнѣ,

о состояніи московскаго воспитательнаго дома въ бытность непріятеля въ Москвѣ 1812 года. 5 декабря 1912 г.
// ЧОИДР. 1860. Книга вторая. М., 1860. С.161.

...французами все уже было обобрано, то [...] приступилъ еще съ новою просьбою къ Генералъ-Интенданту, который отозвался, что сіе принадлежигъ до Интенданта города, Лессепса. Я адресовался къ Интеданту города, который отвечалъ мнѣ, что не имѣетъ на сіе приказанія, и хотѣлъ доложить о томъ Герцогу Тревизскому, Маршалу Мортье. Но и сей, отозвавшись сь начала невозможностію, наконецъ, по убѣжденію, позволилъ мнѣ послать своихъ чиновниковъ по деревнямъ, для отысканія хлѣба, снабдивъ ихъ письменнымъ видомъ, каковый и я отъ себя имъ долженъ дать. При чемъ Г-нъ Лессепсъ предварялъ меня, чтобы я взялъ отъ начальства ихъ денегь ассигнаціями, для моихъ расходовъ; но я не имѣлъ въ нихъ надобности, будучи, по Высочайшему Вашему Императорскаго Величества повелѣнію, снабженъ отъ Опекунскаго Совѣта достаточною суммою денегъ. А ихъ зловредность, чтобы ссужать меня своими фальшивыми ассигнаціями, коихъ привезли съ собою весьма большое число, и ими даже, по повелѣнію Наполеона, выдавали своимъ войскамъ жалованье. По просьбѣ стоявшаго въ домѣ съ жандармами Полковника, который ко мнѣ принесъ кучу сторублевыхъ фальшивыхъ ассигнацій, просилъ размѣнять на двадцатипятирублевыя, но я выбожился, что у меня нѣтъ, а такія жъ сотенныя, но принужденъ одну размѣнять на мелкія двадцатипяти, и намѣренъ былъ поднести оную Вашему Императорскому Величеству, но въ бытность Генералъ-Адьютанта Его Императорскаго Величества, Павла Васильевича Кутузова, сказывая ему объ оной, принужденъ былъ, по просьбе его, отдать ему, для отправленія къ Государю Императору...

 Э.-Ф. де Бомон-Васси. Приготовленіе по приказанію Наполеона I англійскихъ и русскихъ фальшивыхъ ассигнацій и банковыхъ билетовъ.

  Русская старина, 1900, т. 104, ноябрь, с. 329-330.

…Лалю, искусному граверу при главномъ военномъ управленіи.

[…]

Скоро дѣло не ограничилось поддѣлкой англійскихъ банковыхъ билетовъ. Лаль разсказываетъ, что послѣ пріостановки этой первой работы, его снова призвали въ министерство полиціи, гдѣ г. Демаре объявилъ, что ему хотятъ поручить важную работу, требующую такой же тайны, какъ и первая; она будетъ сложнѣе, но представитъ то удобство, что ее можно будетъ раздробить на части, такъ чтобы второстепенные участники дѣла не поняли въ чемъ оно заключается. Этотъ разъ приходились поддѣлать русскіе ассигнаціи и банковые билеты. Эти цвѣтныя бумажки были плохо гравированы, типографическія буквы ихъ дурны, но подписи чрезвычайно сложныя; за то ихъ можно было гравировать крѣпкой водкой, и при томъ довольно быстро.

Принялись за дѣло. Когда десять гравированныхъ досокъ выходило изъ рукъ Лаля, то ихъ относили въ типографію г. Мало, въ Вожирардской улицѣ, № 26, близъ военнаго провіантскаго магазина, въ обширномъ зданіи, нанятомъ министерствомъ, и гдѣ помѣстили двадцать три станка для гравированія на мѣди; работа производилась ежедневно до одиннадцати часовъ вечера. Типографская печатня, управляемая г. Феномъ, находилась по сосѣдству съ Мало, все еще въ помѣщеніи Монпарнасскаго бульвара, подвергшагося нѣкогда нападенію полиціи.

Менѣе нежели въ три мѣсяца было награвировано болѣе семисотъ досокъ; число оттисковъ должно быть значительно, — говоритъ Лаль, — такъ какъ работа продолжалась до эпохи неудачъ французской арміи въ Россіи; готовыя бумажки бросали на полъ въ комнату, наполненную пылью, и переворачивали во всѣхъ направленіяхъ кожанной метелкой; такимъ образомъ, онѣ дѣлались мягкія, принимали пепельный оттѣнокъ и выглядѣли, какъ бы перешедшія черезъ многія руки; затѣмъ ихъ складывали въ связки и отсылали тотчасъ же въ министерство.

Когда настала фравцузская кампанія, безпокойство Лаля усиливалось съ каждымъ новымъ успѣхомъ союзниковъ.

— Каково было бы мое положеніе со взятіемъ столицы, — говоритъ онъ, — тѣ, кто извлекъ наиболѣе выгодъ изъ этого предпріятія, покинули Францію; я же, руководившій двумя операціями, остался среди иностранцевъ, враговъ моего отечества, которые ежеминутно могли схватить меня и послать гравировать въ Сибирь. Благодаря Бога, ничего подобнаго не случилось...

 Арман Огюстен Луи де Коленкур. Поход Наполеона в Россию.

Пер. с фр. М., 1943, с. 357

…Я не могу описать, с каким нетерпением он (АГ: Император Наполеон I) ждал сообщений от герцога Бассано, а еще больше его приезда, чтобы узнать, действительно ли он уничтожил фальшивые русские ассигнации, которые имелись у него в Вильно. — Они были способны забыть их там, — сказал мне император, — или поручить кому-нибудь их уничтожение. Но то лицо, которому дадут такое поручение, постарается воспользоваться этим, и будет более чем неприятно, если русские обнаружат эти ассигнации.

По словам императора, он знал из частного донесения, что после его проезда через Вильно эти деньги были пущены в оборот; это сообщение и было главной причиной его беспокойства. Должен сказать, что это признание в первый момент оглушило меня до такой степени, что я не совсем понял слова императора, и он должен был повторить их мне...

 Толстой Л.Н. Война и мир.

Т. 4. — Собр. соч. в 22 т., т.7. М., 1981. С. 96, 98

…Благотворительность и та не принесла желаемых результатов. Фальшивые ассигнации и нефальшивые наполняли Москву и не имели цены. Для французов, собиравших добычу, нужно было только золото. Не только фальшивые ассигнации, которые Наполеон так милостиво раздавал несчастным, не имели цены, но серебро отдавалось ниже своей стоимости за золото.

[…]

В отношении благотворительности, лучшей доблести венценосцев, Наполеон делал тоже все, что от него зависело. На богоугодных заведениях он велел надписать Maison de ma mère, соединяя этим актом нежное сыновнее чувство с величием добродетели монарха. Он посетил Воспитательный дом и, дав облобызать свои белые руки спасенным им сиротам, милостиво беседовал с Тутолминым. Потом, по красноречивому изложению Тьера, он велел раздать жалованье своим войскам русскими, сделанными им, фальшивыми деньгами...

Сколько же фальшивых ассигнаций, изготовленных французами, растворилось в денежном обращении России?

Ответ можно найти в труде одного из исследователей истории российских денег Я.И. Печерина. "В одном только 1813 г., - пишет он, - было открыто фальшивых ассигнаций на сумму 987 300 руб., т.е. немного меньше, чем в предыдущие 26 лет за все время обращения ассигнаций образца 1786 г.; всего же в период после французского нашествия, именно в течение 1813-1817 гг. фальшивых ассигнаций появилось на 5 614 380 руб., не считая, конечно, тех, которые не были обнаружены". По годам в Ассигнационный банк было представлено следующее количество фальшивых ассигнаций: в 1813 г. - на 987330 руб., в 1814 г. - на 2830655 руб., в 1815 г. - на 883965 руб., в 1816 г. - на 626450 руб., в 1817 г. - на 285980 руб.

Чтобы поддержать доверие к ассигнациям, правительство первое время не делало различия между настоящими и фальшивыми денежными билетами - при предъявлении в банк они оплачивались одинаково. Поэтому-то их никто брать не боялся. Но уже в 1813 г. фальшивые ассигнации французского дела перестали в банке оплачиваться. Это в известной мере привело к тому, что "кредит ассигнации еще более упал: всякий боится брать их...", "неплатеж за фальшивые ассигнации произвели в публике ропот и беспокойство, а между тем цены ассигнаций еще более понизились".

В 1814-1815 гг. курс бумажного рубля упал до 20 копеек. Засорение денежного обращения фальшивыми ассигнациями и падение курса настоящих ассигнаций подвигли министра финансов Д.А. Гурьева предпринять меры для приведения в порядок расстроенных финансов России.

Наполеоновские подделки 25 руб сейчас стоят в среднем около 1000$, а настоящие около 5000$ и выше в зависимости от года и сохранности.
Наполеоновские 50 руб стоят около 1500$, оригинал же около 30 000$. И цены снижаться не будут...

Инфа и фото (С) с разных источников интернета.

Категория: Фальшивомонетничество | Добавил: ПАВ6509 (13.04.2012) | Автор: ПАВ E W
Просмотров: 3689 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 4.5/2
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2019